Вышедшее из отпуска правительство страны приступит к пересчету денег, образовавшихся в буквальном смысле из воздуха. Министр климата и энергетики Раймондс Чударс представляет на сегодняшнем заседании информационное сообщение "Об исполнении обязательств по уменьшению эмиссии газов парникового эффекта и выработки диоксида углерода".
Чтоб не более полутора градусов!
Латвия, сообщается в документе, имеет "долг" выполнять Киотский и Парижский протоколы, установившие до 2030 года лимит повышения среднегодовой температуры на планете не более чем на 1,5 градуса. Евросоюз в этих целях обязался довести за ближайшие 7 лет выбросы в атмосферу по меньшей мере до 40% в сравнении с 1990 годом.
Нашей стране в этом плане помогают обширные леса, занимающие более половины территории страны. Так, объем расчетных выхлопов CO2 из–за обильных зеленых богатств составлял до 2030 года резерв в 16 миллионов тонн.
Не одним только диоксидом углерода исчерпываются парниковые газы — тут и метан, и двуокись азота, и производные серы и сложные углеводороды. За последние годы в этой связи в стране образовалось весьма сложное хозяйство: мониторингом всего, что выделяет Латвия, заняты Центр среды, геологии и метеорологии, Сельскохозяйственный университет, Институт физической энергии, Институт лесного хозяйства Silava. "Каждый год готовится инвентаризация", — сообщает министр.
Экономика падает, экология выигрывает
Как подчеркивается в документе Министерства климата и энергетики, ежегодные прогнозы выхлопов "основываются на макроэкомических показателях Латвии — внутреннем валовом продукте, добавленной стоимости в отраслях народного хозяйства, численности жителей и т. д."
Иначе говоря — чем меньше в ЛР населения и чем спокойней работает национальная экономика, тем ниже наши выбросы в атмосферу и тем больше объемы финансовых средств, которые страна может получать из торговли квотами на выброс. Так, с 2005 по 2021 год количество парниковых газов в республике уменьшилось на 2,2%.
Годовой объем СО2, например, не дотягивает до 10,5 миллиарда тонн. При этом промышленность занимает всего 8,3%, уступая лишь обработке отходов — 5,2%.
Главными же секторами, производящими двуокись углерода, являются в Латвии энергетика, транспорт и сельское хозяйство.
С транспортной сферой все было прекрасно в годину коронавируса — из–за пандемийных ограничений люди и грузы перестали передвигаться, и итоги 2020 года были просто чудными. Латвия превысила выполнение климатических обязательств сразу на 1,555 миллиарда тонн (для сравнения: в докризисном 2016 году только на 426,1 миллионов).
Однако "в 2021 году с оздоровлением экономики государства возрос также объем эмиссии".
Министерство климата и энергетики обращает внимание также на львиную долю именно автодорожного транспорта в образовании газов — 96,8%, железная дорога дает только 2,9%, морской транспорт и авиация соответственно 0,3 и 0,05 процента. Но относительно двух последних позиций ведомство Р. Чударса поступило лукаво — учитываются только "внутренние" рейсы. То есть если в аэропорт Рига летит самолет Ryanair, то он при этом выбрасывает в воздух газы, учитываемые в квоте Ирландии…
Процессы кишечной ферментации животных
Таким натуралистическим термином обозначен в представляемом правительстве документе второй основной источник выхлопов — в сельском хозяйстве. Однако есть и нечто более страшное — 51% в этой сфере выбросов занимает обычная "обработка сельскохозяйственной земли". То есть чтобы вспахать, посеять и пожать ту же пшеничку, потребны немалые объемы машинного времени.
А тем временем подоспели новые, повышенные обязательства, накладываемые Европой. И вот теперь, констатирует Министерство энергетики и климата, даже у Латвии будут проблемы с их выполнением. Поэтому придется вводить новое регулирование и в лесопереработке, и относительно посадок новых лесов.
Кстати, министерством подсчитано, что с применением минеральных удобрений на бывших вырубках, площадь коих оценивается в 25 000 гектаров, можно поднять уровень поглощения двуокиси углерода на 500 млн тонн в год. Остается открытым вопрос — где же взять такое количество удобрений, когда их основные производители в регионе — Россия, Беларусь и Украина, в значительной части покинули рынок.